Бывший Центральный партийный архив (ЦПА) Института марксизма–ленинизма при Центральном Комитете КПСС с 1992 года Российский центр хранения и изучения документов новейшей истории (РЦХИДНИ), а с 1998 года – Российский государственный архив социально – политической истории (РГАСПИ), возник из документальных собраний различных организаций Российской социал–демократической эмиграции. В местах их пребывания в 1903 – 1917 годах в Женеве ли, в Париже, в Кракове или Берне они везде организовывали архивы.
Первым архивным учреждением Российской социал – демократии стала библиотека и архив РСДРП, организованные большевистской инициативной группой в Женеве в январе 1904 года. В период с 1906 по 1917 гг. в Женеве также функционировала большая общедоступная библиотека, основанная социал-демократом Г.А. Куклиным. И архив, и библиотека служили центром собирания и хранения документов по истории Российской революции. В Берлине библиотека, основанная в 1911 году князем Д.И. Бебутовым, выполняла те же функции, также как и Русская библиотека имени Тургенева в Париже.
Среди тех, кто внес значительный вклад в организацию собирания историко–революционной документации, были А.М. Горький, Н.К. Крупская, В.Д. Бонч-Бруевич, В.А. Карпинский и другие. Наряду с общепартийным архивом формировались и хранились документы редакций большевистских нелегальных газет, архивы руководства меньшевистской фракции, Бунда, Польской и Латышской социал-демократии, группы “Вперед” и, конечно, личные архивы Г.В.Плеханова, Ю.О.Мартова,Л.Б.Каменева, А.А.Богданова.
После Октября 1917 года была создана Комиссия для собирания, изучения и издания материалов по истории Октябрьской революции и истории Российской коммунистической партии (большевиков). Эта Комиссия — Истпарт была первым учреждением, приступившим к плановому собиранию, систематизации и изучению историко-партийных документов. Были определены источники комплектования Истпарта. С сентября 1920 года эта Комиссия находилась в ведении Народного комиссариата по просвещению РСФСР (Наркомпрос), а с декабря 1921 по 1928 гг. в качестве Отдела входила в структуру Центрального Комитета Всесоюзной Коммунистической партии (большевиков). Сначала Истпарт не имел своего архива, а поступающие материалы хранились в Архиве Октябрьской революции (АОР). Только в апреле 1924 года был создан собственный архив Истпарта.
В 1928 году Истпарт объединился с Институтом В.И.Ленина К 1931 году Институт Карла Маркса и Фридриха Энгельса при Центральном Исполнительном Комитете СССР (1921-31), Институт В.И.Ленина при ЦК ВКП(б) (1923-31) и Истпарт (192О-28) объединились в одно научное учреждение – Институт Маркса – Энгельса – Ленина (ИМЭЛ), который находился при Центральном Комитете ВКП(б). Архивы этих учреждений были объединены в Единый партийный архив ВКП(б). Вскоре был образован Центральный партийный архив (ЦПА ИМЭЛ)1.
Во главе Истпарта стояла коллегия из известных большевиков – публицистов и историков: М.Н. Покровского, П.Н. Лепешинского, М.С.Ольминского, В.В. Адоратского, А.И. Елизаровой – Ульяновой. Истпарт проделал большую работу по возвращению в Россию партийных архивов и библиотек, оставленных на хранение за рубежом, по собиранию личных архивов и мемуаров большевиков – участников революции, а также документов лидеров фракций и групп РСДРП.
К концу 1920-х годов, благодаря стараниям Д.Б.Рязанова, Н.Е.Буренина и других документы из-за границы начали поступать в Центральный партийный архив2, где проводилась систематизация и реставрация документов. Вся эта работа финансировалась из государственного и партийного бюджета.
По ценности находившихся на хранении документов, методологии их обработки и изучении в Центральном партийном архиве обеспечили ему репутацию главного научного исторического архива Коммунистической партии Советского Союза.
Способ и история комплектования личного архива А.А.Богданова в ЦПА были не совсем обычны для партийного архива. Центральный партийный архив занимался целенаправленным поиском, собиранием, обработкой и изучением документов В.И.Ленина и его соратников – большевиков. Из поступивших в архив документов сразу же создавались личные фонды этих деятелей. А.А. Богданов, однако, рассматривался как идейный и политический оппонент Ленина, как “ревизионист и махист”, который был, как тогда думали, исключен из партии в 1909 году. Его философские взгляды подвергались жесткой критике в работе В.И.Ленина “Материализм и эмпириокритицизм”. В первые годы после октября 1917 года историческая роль А.А.Богданова и его наследие не воспринимались соответственно своему истинному значению и вслед за публикацией второго издания “Материализма и эмпириокритицизма” в 1920 году была развернута кампания против Богданова и его произведений3.
Все члены Коллегии Истпарта знали (поскольку сами являлись старыми большевиками), что до раскола большевистской фракции в 1909 году Богданов вместе с Лениным являлся со лидером фракции, его даже называли “Великий визирь” большевистской фракции и ее Большевистского центра. Однако в этот период времени вопрос о создании личного фонда Богданова даже не ставился. Поэтому документы, имеющие отношение к А.А.Богданову, распределялись и пополняли другие соответствующие фонды, например, фонд ЦК РСДРП (ф.17), Бюро Комитетов Большинства (ф.375), редакций газет: “Искра”(ф.24), “Вперед” (ф.25), “Пролетарий” (ф,26), “Правда” (ф.364), фонд Большевистского центра (ф.377), фонд Следственной комиссии по борьбе с провокаторами (ф.322) и другие. Материалы Богданова включались также в другие личные фонды.
Существовала лишь отдельная папка , куда складывали документы А.А Богданова, в основном биографического характера.
До 1950-х годов Центральный партийный архив оставался закрытым учреждением, доступ к документам был ограничен и строго контролировался. Однако, вскоре после смерти И.В.Сталина в 1953 году был создан личный фонд А.А.Богданова и ему был присвоен номер 259, к фонду прилагались две описи, в которые были включены практически все главные работы Богданова: по политэкономии, историческому материализму, философии, пролетарской культуре и организации науки, в том числе “Тектология. Всеобщая организационная наука”. Кроме этих крупных работ, в фонде собраны тексты лекций, докладов, статей, листовок, записные книжки, стихи, главы из его утопических романов “Красная звезда” и “Инженер Мэнни”, дневниковые записи, автобиографический материал, а также письма.
Различные материалы, составившие фонд Богданова, были приобретены следующим путем. После смерти Ленина, 29 января 1924 года, Истпарт отправил Богданову письмо с просьбой написать свои воспоминания и передать архиву материалы, имеющие отношение к истории партии и революции (в то время Институт Ленина занимался подготовкой антологии в связи с двадцатой годовщиной революции 1905 года). Богданов в своем ответе Истпарту от 14 февраля 1924 года писал:
Материалов у меня никаких нет: были, остались в Париже при возвращении в Россию в 1913 году, и пропали во время войны (корзина с ними, якобы, украдена). Воспоминания, если буду писать, то не скоро, сейчас как-то не могу, так что и об условиях говорить не приходится. А.Богданов4.
Однако, несмотря на свой отказ, Богданов все-таки написал в 1925 году свою автобиографию. Он завершил краткий очерк о своем детстве, и, в 1927 году, по просьбе Института Ленина, представил воспоминания о пребывании в Вологодской ссылке. Все эти материалы были отправлены в архив. Таким образом была заложена основа для создания личного фонда .
Первые шаги в приобретении материалов Богданова были сделаны, благодаря дарам Л.Б.Каменева и А.С.Мартынова соответственно в 1924 и 1925 годах, а с 1928 года начались практически ежегодные поступления документов, среди которых следующие являлись наиболее значимыми.
Весной и осенью 1928 года архив получил внушительное количество документов, озаглавленных “Архив Богданова” (Фонд А.А.Богданова) от Б.М.Волина (Фрадкина) и К.П.Злинченко.5 В дополнение к письмам Богданова как Секретаря группы “Вперед” Международному Комитету помощи безработным в России, были также письма польских и немецких социал-демократов Богданову, а также его письма А.М.Коллонтай.
В 1929 году Н.Е.Буренин вернулся из заграничной поездки и привез в ИМЭЛ документы, перечень которых озаглавил: “Материалы по Каприйской школе”. Это был архив Н.Е.Вилонова, обнаруженный в Давосе.6 В дополнение к рукописям Вилонова (на некоторых из них имелись пометы и правка Богданова), там также были девяносто одна страница рукописей самого Богданова, письма, памфлет Современное положение и задачи партии; Отчет о Школе в НН (Приложение к №.50 “Пролетария”) и другие документы.
Документы Плеханова
Одним из достижений Истпарта стало соглашение с женой Г.В.Плеханова, позволившей перевезти архив своего мужа из Парижа в Ленинград. В архиве Плеханова оказалось значительное число документов не только Ленина, но также и других деятелей партии Этот архив был помещен в Государственную публичную библиотеку им. М.Е.Салтыкова-Щедрина в Ленинграде, он стал самостоятельной структурной частью Отдела рукописей, и назывался – Дом Плеханова. В 1931-32 годах материалы Богданова из коллекции Плеханова были переданы в Центральный партийный архив, где они пополнили имеющиеся там фонды учреждений РСДРП. Книги Богданова были размещены в библиотеке Института Маркса-Энгельса-Ленина.
Наталья Богдановна Малиновская (Корсак)
В 1933 году заведующий Центральным партийным архивом обратился с письмом к вдове А.А.Богданова Н.Б.Малиновской:
…Институт Маркса-Энгельса-Ленина просит сообщить, не сохранились ли у Вас какие-либо документы А.А.Богданова, имеющие партийно-историческое значение….7Мы не обнаружили в архиве ни ее ответа , ни каких-либо следов передачи от нее таких документов.
Поиски Буренина
ИМЭЛ был заинтересован в продолжении поисков материалов, находящихся за границей, проводимых Н.Е.Бурениным, однако, не всегда имел возможность содействовать такой работе за пределами страны в связи с отсутствием средств. В 1933 году Н.Е. Буренин предпринимает энергичные шаги к поиску архива А.В.Луначарского. По имеющимся у него сведениям архив хранился в Швейцарии с письмами В.И.Ленина и другими очень важными документами. Н.Е.Буренин сообщает об этом А.М.Горькому и просит его поддержки, переписывается с директором ИМЭЛ Адоратским и с хозяйкой пансиона в Швейцарии, у которой хранился архив А.В.Луначарского с 1917 года ,когда он с семьей вернулся из эмиграции в Россию. При моральной и материальной помощи Горького Буренин выезжает в Финляндию, затем в Швецию. По договоренности с В.В.Адоратским он направляет в Швейцарию, в Сен-Лежье, сотрудницу Торгпредства СССР в Стокгольме Христину Васильевну Ауэ с поручением выкупить архив. Благодаря письму Буренина к хозяйке пансиона и записки от Луначарского Х.В.Ауэ удается выкупить архив и частями переслать его Буренину в Стокгольм.
В феврале 1934 года архив Луначарского, по мнению специалистов, содержащий наиболее ценные приобретения последних лет, был перевезен из Стокгольма в Москву. Кроме 19 писем Богданова и материалов группы Вперед, коллекция также содержала 12 писем В.И.Ленина8 и переписку Г.А.Алексинского, А.М.Горького, Ю.О.Мартова, Л.Д.Троцкого, К.Каутского, Ромэна Роллана и К.Шпиттелера.
В ЦПА сохранились денежные отчеты Н.Е.Буренина , присланные в ИМЭЛ В.В.Адоратскому, а также списки документов архива, выкупленного в Швейцарии.
В 1934 году переписка Богданова с В.А.Кожевниковым, главным редактором журнала Правда в 1905 году, была перевезена из Парижского архива РСДРП, собранного Л.Б.Каменевым.
В 1935 году главный редактор издательства Художественная литература И.К.Луппол написал директору Института Маркса-Энгельса-Ленина следующее:
В Париже Шарль Раппопорт передал мне часть архива покойного А.А. Богданова, которую, как он утверждает, он получил от женщины, имя которой он сохранил в тайне. Я выдал ему расписку в том, что получил материалы для ИМЭЛ. Материалы направил дипломатической почтой через Полпредство непосредственно в адрес ИМЭЛ на Ваше имя. Сам я просмотрел их бегло. Не думаю, чтобы они представляли “совершенно исключительный” интерес, но полагаю, что все же они имеют значение, и место им только в ИМЭЛ.
Кроме оригинала рукописи “Наука об общественном сознании” и одного тома политической экономии, там есть оригиналы его лекций или докладов на французском языке, в частности доклад о переливании крови (относится еще к довоенному времени), а также, что особенно важно, несколько оригиналов статей и писем партийного содержания…9.
Документы были переданы Ш. Раппопортом через НКИД, о чем свидетельствует следующее сопроводительное письмо:
212/с Архив – тов.Фокину (10)
3.8.35г.
Препровождаем Вам на хранение материалы Богданова, переданные через НКИД Раппопортом из Парижа.
Приложение:
Зав.секретной. частью Гусев.
Далее, на отдельном листке бумаги имеется следующая резолюция:
Тов. Лепешинской. Присоединить к имеющемуся архиву Богданова. Получено от Раппопорта в Париже. 9.У.36. Мешковский .11
В ответ дирекция ИМЭЛ направила письмо Ш.Раппопорту с благодарностью:
| №.245 | 4 августа 1935 |
б/№. Париж – Шарлю Раппопорту.
Уважаемый Товарищ. Институт Маркса-Энгельса-Ленина получил часть архива покойного А.А.Богданова. ИМЭЛ приносит Вам благодарность за присланные подлинники, которые мы присоединим к хранящимся у нас в архиве документам по истории социализма. Разрешите одновременно с этим приветствовать Вас и принести сердечные поздравления и пожелания к Вашему 70-летию
Директор ИМЭЛ – В.Адоратский.12
С тех пор “перевязанная тесьмой папка”, упомянутая Гусевым, содержала уникальный исторический документ – “Историю частной финансовой группы с.-д. большевиков (1907 – 1912 гг.)”. Это история создания “финансовой группы” – “коллегии трех”, подробный отчет о полученных от экспроприаций денег, с приложением свидетельских показаний участников “эксов” и размена денег. Автор этого отчета А.А. Богданов написал его, будучи членом Большевистского центра и “финансовой группы”. Однако, это была лишь копия рукописи, написанная Богдановым под копирку. Оригинал, написанный Богдановым фиолетовыми чернилами, был получен два года спустя при следующих обстоятельствах.
5 мая 1937 года Народный комиссар по иностранным делам М.М.Литвинов направил рукопись А.А. Богданова в сектор истории партии Института Маркса – Энгельса –Ленина, сопроводив его следующим письмом:
Я получил через наше Брюссельское полпредство от бывшего секретаря Международного Социалистического Бюро К. Гюисманса пакет, оставленный ему в свое время на хранение покойным Богдановым. Находящиеся в пакете документы относятся главным образом к борьбе с группой “Вперед” и “отзовистами” и таким образом имеют отношение к истории партии, и потому я этот пакет Вам и пересылаю. М.Литвинов.13
ИМЭЛ передал этот документ – История частной финансовой группы с-д большевиков (1907-1912) — в Секцию документов В.И. Ленина Центрального партийного архива. В 1992 году этот документ был помещен в личный фонд Богданова. В то же время он начал издаваться.14
В 1935 и 1936 годах ИМЭЛ вступил в переговоры с Социалистическим Интернационалом и Социал-демократической партией Германии о передаче в Москву архива Карла Маркса и Фридриха Энгельса, которые были спасены от захвата Национал – социалистической партией Германии вместе с остальным архивом СДП Германии и перевезены во Францию и Данию (ведущую роль в этой операции сыграл Борис Николаевский). Адоратский написал следующее письмо Сталину:
Товарищ Сталин, Сов.секретно.
Прилагаю при сем проект договора о покупке архива Маркса и Энгельса и опись главной части документов архива Германской социал-демократии. Согласно предложению продавцов, мы покупаем в оригиналах все, что написано рукой Маркса и Энгельса, остальное в фотокопиях. Мы же, со своей стороны, настаиваем на передаче нам в оригиналах всех документов, кои перечислены в нашем проекте договора, в пункте 1-м. .
Вношу предложение:
№ 77/с В.Адоратский.
29 января 1936 г.16
Эти в высшей степени сложные переговоры с обеих сторон и потому затягивавшихся из-за запрашиваемой суммы, были растянуты и неожиданно прерваны вызовом советской делегации в Москву. Это решение, очевидно, было связано с политическими шагами, предпринимаемыми Сталиным и его идеологическим и политическим аппаратом против одного из членов делегации Н.И.Бухарина.17 Возможность была упущена, и документы были переданы Международному Институту Общественной Истории в Амстердаме. Архив группы Вперед также не был куплен.
Случай помог приобрести еще один документ Богданова. 27 февраля 1937 года ИМЭЛ получил письмо следующего содержания с неразборчивой подписью:
Я посылаю вам письмо, которое случайно нашел в книге, купленной у букиниста. Письмо, по-видимому, известного А.А. Богданова. Как кажется оно является небезынтересным политическим документом, хотя и неизвестно, кому адресовано.18
Документ оказался автографом А.А.Богданова неизвестному адресату, вероятно, молодому пролетарскому поэту, письмом, датированным 18 марта 1921 г.. Письмо касается вопросов пролетарской культуры и профсоюзов и содержит критику “Очерков русской культуры” М.Н.Покровского.19
В период между 1935 и 1947 годами ИМЭЛ вел переговоры о приобретении архива Г.А. Алексинского. Приблизительно в 1925 году Алексинский впервые предложил Институту Маркса-Энгельса и Институту Ленина свою архивную коллекцию за 6 000 долларов.. Эти переговоры велись через брата жены Алексинского, Евтихиева, проживавшего в то время в Москве. Эта коллекция содержала архивные материалы группы “Вперед”, партийной школы на Капри, думской социал-демократической фракции, а также материалы о провокациях в РСДРП.
Г.А. Тихомирнов в своей записке И.В.Сталину сообщал о том, что все документы (их было около 1000) представляют значительный интерес по истории партии, что среди документов имеются письма М.Н.Покровского и Д.З.Мануильского, “сильно их компрометирующие”. На письме Тихомирнова имеется резолюция Сталина:
Ассигновать можно, но надо знать, что именно покупаем под видом “архива”. – Нельзя покупать “кота в мешке”. Пусть дадут нам список документов в архиве с кратким содержанием документов, а потом можно ассигновать 50.000 рублей. И.Сталин.
№ 183/с
15.УП.1935г.20
Переговоры с Алексинским велись в течение нескольких лет, и все это время Алексинский упорно отказывался снизить цену. Директор ИМЭЛ В.Кружков снова обратился в Секретариат ЦК ВКП(б) с просьбой купить архив Алексинского. В связи с этим, к просьбе прилагалось письмо Алексинского Директору ИМЭЛ:
27/XI-1946, Париж Копия.
Уважаемый товарищ Директор,
Как вы, вероятно, помните, товарищ Тихомирнов приезжал перед войной в Париж и приобрел у меня несколько книг и рукописей из моего архива по истории революции и партии. Я обещал ему предупредить Институт, если я буду ликвидировать остальные части архива.
В настоящее время я этим занят, потому что по возрасту и состоянию здоровья я озабочен судьбою моих коллекций, которые я собирал в течение тридцати лет.
Со мною ведут переговоры о приобретении моего архива некоторые иностранные библиотеки и книгохранилища. Раньше, чем решить окончательно вопрос о продаже, я, согласно обещанию, которое я дал т.Тихомирнову, извещаю Вас об этом.
Напоминаю, что архив мой состоит из следующих частей:
1) Архив большевистской фракции 2-й Государственной Думы
2) Архив группы “Вперед” (1909-1914).
3) Архив Школы на острове Капри (1909).
4) Некоторые документы Комиссии по расследованию провокаций в партии (1909-1911) – дело Таратуты.
5) Документы, относящиеся к экспроприации в Тифлисе (1907) — дело Камо.
Всего свыше 1 250 документов.
Кроме того, редкие издания (экземпляр 1-го издания “Что делать?” и пр.) и много автографов: Горького, Чичерина, Луначарского, Богданова, Р.Люксембург, Троцкого, Каменева, Зиновьева, Покровского, Менжинского, Камо, Мануильского, Дана, Мартова и пр. и два автографа Ленина, из коих – один – его письмо ко мне (1907) о тяжелых условиях жизни и работы в эмиграции, и другой – прокламация в стихах, которую Ленин написал летом 1907 , когда мы с ним жили в Сейвосте после роспуска Государственной Думы.
В настоящее время я привожу в порядок другую часть моих коллекций, относящихся к 1914 – 1917 гг. – дело Парвуса и пр.
Сообщая Вам об этом , прошу Вас сообщить интересует ли Институт мой архив, который я думаю окончательно продать не позже, чем в начале будущего года.
Буду признателен за скорый ответ. Если бы Институт захотел приобрести мой архив, то я дал бы подробные комментарии к каждому документу.
С тов.приветом
Г.Алексинский.
Я недавно нашел мою большую (неизданную) рукопись “Два течения в соц.-дем.партии (большевизм и меньшевизм), которая должна была появиться под псевдонимом “истр.Ал.” в библиотеке “Лекции и рефераты по вопросам программы и тактики”. Эта рукопись была написана в 1907 г., в Сейвосте и составлена при ближайшем участии Ленина. Я ее присоединил к архиву.
Г.Ал.
PS: Среди писем Горького (их 12) некоторые представляют очень большой интерес21.
Печать: “Институт Маркса-Энгельса-Ленина при ЦК ВКП(б).
Копия верна: А.Трошина.”
К сожалению, ИМЭЛ не приобрел архив Алексинского, хранящийся теперь в Университете Колумбии, Нью-Йорк, в архиве бывшего российского посла во Франции Бахметьева.
1 июля 1938 года ИМЭЛ послал Центральному Партийному Архиву ПЯТЬ папок с материалами Богданова (включая рукописи “Тектология. Всеобщая организационная наука” и “Десятилетие отлучения от марксизма”), переданные ему из НКВД. Эти папки сопровождались следующими инструкциями:
…Я прошу вас составить перечень этих документов и отправить два экземпляра в Дирекцию ИМЭЛ. Крайний срок составления этого перечня – 10 июля 1938 года. Ответственный секретарь А.Потехин.22
В переписке Центрального партийного архива за 1938 года мы нашли отпечатанную копию следующего письма:
№.446/с Секретно
НКВД (4ый отдел) Товарищу Церпенто. 15 июля 1938.
Здесь прилагаем перечень материалов о Богданове (Малиновском А.А.), доставленных в ИМЭЛ.
Ответственный Секретарь ИМЭЛ (А.Потехин).23
Перечень, составленный Центральным партийным архивом для НКВД, включает 123 документа. Из них, в соответствии с процедурой, существовавшей в то время, некоторые документы были перенесены в другие коллекции и в фонды организаций РСДРП, Пролетарий, Бюро Комитетов Большинства, Петербургского Комитета РСДРП, Группы Вперед и в секцию документов В.И.Ленина. Остальное было сохранено в Коллекции документов Богданова и в 1953 году включено в его личный фонд (ф.259).
Письма Максиму Горькому
В августе 1947 года было подписано соглашение между ИМЭЛ и Институтом Мировой Литературы (ИМЛИ) о передаче в Центральный партийный архив 47 писем Богданова Максиму Горькому (общим объемом 70 страниц), имевших отношение к партийной истории. Эти письма были помещены в уже существующий фонд Горького (ф.75). В свою очередь, Партийный архив передал ИМЛИ письма Богданова Горькому по литературным и публицистическим вопросам.
Архив Женевского “Идейного кружка”
В 1949 году Политбюро Центрального Комитета ВКП(б) обсуждало возможность приобретения ИМЭЛ микрофильма и фотокопии архива Женевского идейного кружка группы Вперед, который хранился в Библиотеке Женевского Университета. В пункте 32 Протокола №.67 этой сессии Политбюро было вынесено следующее решение:
Уполномочить Министерство Финансов СССР (товарища Зверева) перевести в Советское посольство в Швейцарии сумму в размере 500 швейцарских франков на подготовку микрофильма и фотокопии архива Женевского кружка группы Вперед. Выдержки из этой резолюции направить товарищам Маленкову, Молотову, Звереву, Кружкову, Шепилову, Зорину и в Оргбюро.
Письма и документы Богданова, приобретенные в результате этой резолюции были размещены в фонде №.436 (Группа “Вперед”).
В 1950 году, в соответствии с решением Секретариата Центрального Комитета ВКП(б) от 19 марта 1950 года, архив М.Г.Цхакая был переведен в Центральный партийный архив. Более половины документов во второй описи (оп.2) фонда №.157 (М.Г.Цхакая) состоит из документов группы Вперед и переписки между членами группы, включая Богданова. Центральный Комитет ВКП(б) придает особое значение архиву Цхакая ввиду близких взаимоотношений, существовавших между Цхакая и Сталиным.
В 1972 году Центральный партийный архив предпринял попытку приобрести коллекцию писем, написанных Максимом Горьким Богданову в 1908-1910 годы, ранее считавшихся утерянными. В 1978 году И.Краснов из Института всеобщей истории Академии Наук СССР, действуя от имени Центрального партийного архива, вступил в переговоры по поводу этих материалов с гражданином Америки Роличем из Висконсинского Университета города Мадисон. 13 марта 1978 года Краснов известил Ю.Н.Амиантова из Центрального партийного архива, что Ролич вел переговоры о покупке двадцати шести писем Горького и одного письма Ленина, находящихся во владении некоего господина Сентенайра в Париже, через посредника Джорджа Хаупта из славянского отдела Парижской Национальной библиотеки, который приезжал в Мадисон. Джордж Хаупт за эти документы просил 10 000.долларов. Ролич отказался покупать коллекцию ввиду отсутствия достаточного количества средств. Ролич рассказал Краснову о содержании письма, присланного ему из Франции неизвестным (не указавшим своего имени) с описанием содержания коллекции:
Сообщение об архиве А.А.Богданова.
Я был бы более удовлетворен, если бы Вы сами могли осмотреть эту коллекцию и убедиться в ее значительности. Что касается причин, которые привели к изменению моей позиции (в отношении стоимости коллекции), то вначале речь шла о части архива Богданова, который, как Вы знаете, был одним из большевистских лидеров вместе с Лениным в 1904 – 1912 гг., а позднее одним из политических и философских противников Ленина. Коллекция состоит из трех больших групп документов:
Вот, в общих чертах, содержание коллекции.
Владелец документов попросил 10 000 долларов за этот архив. Когда цена доллара начала падать, он поднял цену до 15-20 000 долларов25 .
Центральный партийный архив не смог приобрести эти документы. Однако, тогда стало известно, что эти документы находились во владении самого Богданова и входили в содержимое “корзины”, которую Богданов оставил на чердаке в Париже по возвращению в Россию в 1913 году. С тех пор эти материалы были приобретены Fondazione Lelio e Lisli Basso-Isocco в Риме.26
В середине 1970-х годов, сын Богданова А.А.Малиновский сообщил Центральному партийному архиву, что его отец якобы перед смертью завещал свой архив некоему В.В.Глаголеву, который хранил его до своего ареста в 1936 году, после чего все бумаги, в том числе и бумаги Богданова попали в НКВД. Заместитель директора Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС А.А.Соловьев направил письмо в КГБ при Совете Министров СССР, в котором писал следующее:
…В последних числах июня 1938 г. наш Институт получил из 4-го отдела НКВД 5 папок архива Богданова. Хотелось бы установить, если возможно, у кого находились указанные материалы, не имеют ли они отношения к В.В.Глаголеву и не сохранились ли в КГБ какие-либо другие документы А.А.Богданова.
27 июля 1976 года заместитель председателя КГБ, В.П.Пирожков, ответил Соловьеву:
Направляем для хранения в ЦПА ИМЛ при ЦК КПСС четыре документа из архива А.А.Богданова (Малиновского), которые были приобщены в качестве вещественных доказательств к уголовному делу на Глаголева В.В. .
Глаголев Василий Васильевич, он же Грубов Николай Михайлович, 1889 года рождения, уроженец города Тулы, в РСДРП-РКП(б) состоял с 1906 по 1920 гг. , работал экономистом в тресте Росметровес.
28 мая 1937 года Глаголев-Грубов Особым Совещанием при НКВД СССР был осужден за контрреволюционную деятельность на 5 лет ИТЛ.27
Определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда от 25 апреля 1956 года дело было прекращено за отсутствием состава преступления.
Глаголев-Грубов умер в 1954 году.
Как видно из материалов дела Глаголев-Грубов на протяжении длительного времени поддерживал близкие дружеские отношения с руководителем антипартийной группы Рабочей правды, Богдановым А.А., который в 1928 году, незадолго до смерти, передал ему весь свой архив для систематизации.
Направляемые Вам документы являются копиями с подлинных документов Богданова А.А., исполненные Глаголевым – Грубовым для дальнейшего размножения их на машинке.
Другими сведениями об архиве Богданова А.А. КГБ при Совете Министров не располагает.
Приложение: опись на 1 лл., документы на 42 лл.
Зам. Председателя КГБ при СМ СССР
В.П.Пирожков.
Документы переведены на хранение в Центральный партийный архив Института марксизма - ленинизма при Центральном Комитете Коммунистической партии Советского Союза и включены в личный фонд А.А.Богданова № 259.
Опись документальных материалов , направленных из КГБ в ЦПА ИМЛ при ЦК КПСС вместе с замечаниями А.А.Богданова на статью “Н.Ленин” :
Перечисленные рукописные документы исполнены Глаголевым –Грубовым.
Начальник Центрального архива КГБ при Совете Министров СССР - П.М.Емельяненко. 15 июля 1976 г.
В письме, упомянутом выше в пункте 3: От “т.Н к т.Н.Н.”, написанном 24 ноября 1920 года, Богданов высказывает свой взгляд на природу Советской власти, на классовый характер партии и социалистической революции. Этот документ был конфискован во время обыска, проводимого в квартире А.А.Богданова и использовался как доказательство во время допроса, последовавшего за его арестом в 1923 году. Богданов в то время подозревался в интеллектуальном предводительстве подпольной оппозиционной группы Рабочая правда. В ходе допроса Богданов заявлял, что не принадлежал группе и был “аполитичным”. Он настаивал, что как ученый и философ, имеет право на собственные взгляды и суждения о событиях, происходящих в стране.
Этот документ с припиской Богданова, “Это письмо было написано мной. Издатель мне неизвестен. А.Богданов”, стало в 1993 году последним поступлением в архив Богданова.28